В наш буйный век, когда и Бог поруган
О вы, что были мне святым заветом,
Позвольте называть вас добрым другом
У изголовья старого портрета.

Зачем мне в жизни стало все понятно
Так поздно?.. или может слишком рано...
Один среди ушедших безвозвратно
Меня не утешали вы обманом.

И звезды на челе все так же томны,
И уст не целовали губы смерти.
Но почему вы так холоднокровны,
Ужели кровь остыла на портрете?..

Я враг для безмятежного покоя
С тех пор, как перестали вы мне сниться.
Воспоминанья смешивая с болью,
Стекает ночь в отверстые зеницы.

Чего хотите вы в повиновенье?
Пред вами я покорнее младенца.
Зачем меня вы учите смиренью,
Коль научили жить совсем без сердца…

Я не умею чувствовать убого,
Во мне не процветает доброрадство.
И пусть не вами, но каким-то богом
Воздастся мне за дерзость святотатства.

В себе смиряя жизнь, смотрю покорно
На полотно погибельной святыни –
На ваш портрет, что служит мне иконой,
Шепча в молитве каждой ваше имя.

Пусть рана ваших губ сочится кровно,
Ее сполна соборую слезами.
Пусть будет ваша проповедь безмолвна,
Я и без слов пойму, что вы не досказали.

Слова давным-давно мне опостыли.
Прошу вас лишь: на свете том иль где-то
Позвольте называть вас другом милым –
Как никого уже не назову на этом.

Оставить комментарий

Комментарии: 0